Турецкий референдум. Объективные предпосылки


Эль Мюрид, 20 апр. 2017   –   el-murid.livejournal.com


Итоги референдума в Турции вызвали некоторое количество откликов, однако в сущности, за пределами страны эта новость очень быстро сошла на нет, собрав некоторое количество положенных комментариев.

Комментарии касались в основном личностного и субъективного фактора, ограничиваясь Эрдоганом, который был и инициатором, и главным локомотивом, и в каком-то смысле выгодоприобретателем итогов этого референдума. В реальности ситуация, конечно же, гораздо глубже и сложнее.

Референдум юридически закрепил уже существующее положение вещей и вполне логично зафиксировал победу Эрдогана после неудачного военного переворота. Кроме того, заложены основы для дальнейшей авторитаризации турецкой политической системы.

Логика происходящего многомерна. Крушение СССР привело к тому, что двуполярная мировая система исчезла. Если при ней у всех был выбор между капитализмом и западной демократией с одной стороны и жестким авторитаризмом, но с социальным уклоном, с другой стороны, то теперь вариантов нет - либо западный образ жизни, либо борьба с ним и поиск чего-то иного.

Для огромного региона Ближнего и Среднего Востока, Малой Азии, Северной Африки переориентация на западные ценности, мягко говоря, неактуальна - достаточно взглянуть на Ирак и попытку США внедрить там стандарты западной демократии, чтобы понять - такой хоккей там не нужен. Следствием кризиса идентичности стал последовательный крах всех светских проектов в регионе - причем как социальной направленности (в Ливии, Сирии, Йемене), так и внешне ориентированных на капиталистический курс развития (Египет или та же Турция). Итогом кризиса стала Арабская весна, которая выбросила на поверхность разные проекты, однако все они имели отчетливо клерикальный оттенок и направленность. Естественно, исламистскую.

Сегодня в регионе идет борьба минимум трех региональных исламских проектов - самый жесткий и наиболее вненациональный проект Исламского государства, жесткий, но национально ориентированный проект Аль-Кайеды и наиболее умеренный (естественно, условно умеренный) проект братьев-мусульман: национальный, но с явным интегристским уклоном. Особняком и противовесом стоит проект шиитского доминирования.

Все четыре проекта сегодня ведут ожесточенную войну в Сирии и частично в Ираке.

Турция вступила на путь исламизации гораздо раньше, и проходит его относительно мирным путем. Однако исламизация в любом виде неизбежно означает архаизацию, а значит - непримиримыми ее противниками являются жители развитых регионов и мегаполисов. Собственно, в России мы уже столкнулись с ситуацией “Белой ленты”, когда “рассерженные горожане” инстинктивно сопротивляются деградационным и архаизационным процессам одичания страны, однако для России подоплека происходящего имеет принципиально иной вид - у нас одичание есть следствие отсутствия проекта развития вообще, для Турции характерна именно проектность.

Итоги турецкого референдума, кстати, и показали раздел Турции и ее населения почти пополам - на глубинку и развитое средиземноморское побережье плюс обе столицы. Есть и курдский фактор.

Отказ от парламентской демократии в пользу более авторитарного управления как раз и лежит в области строительства архаичного исламского проекта. Кроме того, авторитарная власть более приспособлена к переходным периодам, когда требуется пройти путь из одного состояния к другому. В этом смысле референдум и его итоги объективны и мало зависят от личности Эрдогана. Он - мотор и локомотив процессов, но они имеют обезличенную подоплеку.

Другой вопрос, что архаизация политической системы создает в будущем гораздо больше противоречий и закладывает больше конфликтов, чем разрешает сейчас. В этом смысле Ататюрк показал себя великим государственным деятелем, заложив основы очень развитой политической системы, превышающей потребности Турции и сто лет назад, и даже сейчас. Демократическая Турция имела механизмы согласования интересов, а вот авторитарная лишается многих из них. И в этом смысле Эрдоган не государственный деятель (который как известно, думает о будущих поколениях), а всего лишь талантливый политик (который думает о будущих выборах). Он хороший и грамотный тактик, но не стратег.

Тем не менее, объективные потребности перехода к иной системе управления и политического устройства, вне всякого сомнения, существуют. Светский проект Турции сегодня не может помочь выстоять ей в окружении набирающей силу исламизации региона, а потому на данном этапе возврат в прошлое, по всей видимости, неизбежен.

Сегодня в СМИ

Главный редактор

Группа




Свежие комментарии