Отступление. Несостоявшиеся защитники [Дмитрий Орлов]


Михаил Хазин, 13 сент. 2017   –   khazin.ru


Речь пойдет о тех людях, которые одиннадцать лет подряд клялись в случае чего поднять в защиту монархии народные массы. В организации которых охранным отделением, полицией и Николаем II лично было вбухано огромное количество денег. Я имею в виду Великий и Ужасный «Союз русского народа» и подобные ему организации, которые носят общее название «черносотенцы».

В нынешнее время самые глупые из национал-патриотов пытаются реабилитировать «союзников» (так себя называли черносотенцы). Дескать, ничего плохого эти ребята не делали. И реабилитаторы правы. «Союзники» ничегоне делали. Вообще.

Если спросить людей: кто такие черносотенцы, 99 человек из 100 ответит — это те, кто устраивал еврейские погромы. Что, вообще-то, неверно. Основные еврейские погромы проходили на юге России летом и осенью 1905 года, а «Союз русского народа» (СРН) возник только в декабре того же года. 21 ноября был создан его Главный Совет, председателем которого стал А. И. Дубровин. То есть за летние погромы данная организация отвечать никак не может.

Между тем, как писал министр юстиции И. Г. Щегловитов: «Правительство возлагало на правые организации величайшие надежды, усматривая в них опору существующего порядка…»

Начало было, казалось бы, веселое и многообещающее. СРН провел ряд многотысячных митингов в поддержку государя императора.

В 1906 году начали возникать «союзные» дружины, призванные бороться с революционерами. Правда, толку от них было… Единственное достижение упомянутых дружин — убийство 18 июля 1906 года боевиками СРН депутата Государственной Думы М. Я. Герценштейна. Заметим — убитый был членом партии кадетов. Это очень характерно. Не большевика и не эсера убили. По той причине, что революционеры могли очень сурово отомстить, а кадеты являлись типично интеллигентской партией…

Да вышло все как-то гнусно. Нашли для убийства какую-то шпану, которая чуть ли не на следующий день после «дела» разболтала о нем в кабаке. Убийцам обещали за «работу» деньги, которые так и не заплатили, но не в том дело. По сравнению с развеселыми левыми боевиками это выглядит как-то жалко.

Со спадом революции дело пошло еще хуже. СРН начал раскалываться. 8 ноября 1908 года В. М. Пуришкевич создал новую организацию — «Русский народный союз имени Михаила Архангела». В конце концов «союзники» выпихнули и отца-основателя — в августе 1912 года был зарегистрирован устав «Всероссийского дубровинского союза русского народа».

Идейные разногласия между этими группировками трудно различить даже в большую лупу. Главная причина расколов — личные амбиции и, что еще важнее — деньги не могли поделить.

Государь император Николай II очень хорошо понимал, что отделен от народа массой чиновников, и сильно по этому поводу переживал. В «союзниках» он увидел «настоящий русский народ». Который, значит, свободен от социалистических идей и полностью предан своему Государю. Поэтому финансирование было открыто по полной.

«В отчете за 1915 год “Перечень изданий, лиц и учреждений, которым оказано пособие” состоял из 82 единиц. Сумма выдач составила 1122 тыс. рублей Вот несколько таких выдач. Замысловский [13]получил 5 тыс. рублей, саратовская “Волга” — 13,3 тыс., “Голос Руси” — 100 тыс., “Земщина” — 145 тыс., “Колокол” — 20 тыс., Пуришкевич — 31 тысяч.

20 января царь “высочайше повелел” дополнительно отпустить на субсидирование правой печати 300 тыс. руб.»

(А. Аврех, историк)

Деньги шли хорошие — а результаты деятельности СРН и прочих правых организаций не вдохновляли. Вот что пишет А. В. Герасимов, начальник Охранного отделения:

«Я немедленно отправил телеграфный запрос во все жандармские и Охранные отделения с просьбой дать точную справку об организациях СРН и специально о лицах, которые подписали названные [14]телеграммы. Ответы были получены более из 100 пунктов. В большинстве они были просто убийственны для СРН. Состав отделов и подотделов СРН обычно не превышал 10–20 человек. Руководителями были часто люди опороченные, проворовавшиеся чиновники или исправники, выгнанные за взятки со службы; некоторые до настоящего времени состояли под судом и следствием».

Ему вторит С. П. Белецкий, директор Департамента полиции: «Результаты проверки были неутешительны; деятельность означенных организаций выражалась главным образом в форме участия в церковных торжествах и посылке телеграмм царю и отдельным министрам, сами же организации в большинстве распались, большинство деятелей осталось старых, новых идейных работников почти не прибавилось».

Собственно, единственное, в чем преуспели «союзники», — это в издании многочисленных газет, которых, как правило, никто не читал, кроме самих авторов. Зато там платили очень хорошие гонорары. Недаром среди дореволюционных акул пера термин «черносотенный журналист» означал не «реакционера», а беспринципного халтурщика, который пишет что угодно, лишь бы гонорар платили.

На самом-то деле рекламу «союзникам» создавали прежде всего либералы, которые визжали как резаные от любого залихватского высказывания черносотенцев [15]. «Союзникам» либеральные вопли были тоже выгодны — именно благодаря им черносотенцы выглядели крутыми и ужасными. В биологии такое положение дел называется симбиозом. Самый близкий нам пример такого взаимовыгодного сотрудничества: в сегодняшней России «борцов с русским фашизмом» куда больше, чем этих самых фашистов. Борцы получают гранты на свою борьбу, горстка «фашистов» — неслабую рекламу, и всем хорошо…

Разумеется, лидеры правых понимали, что дело идет как-то вкось. Понимали они и другое — что на страну накатывается революция, и допустить того не хотели. Не все лидеры правых организаций являлись циничными прожирателями государственных денег, и в 1915 году была сделана попытка реанимировать ультраправое движение, и даже созван съезд монархических организаций, проходивший в Москве с 21 по 23 ноября 1915 года.

Все выглядело очень серьезно. На съезде присутствовали два митрополита (из трех): петроградский и московский, а кроме них, все наличные ультраправые члены Думы и Государственного совета. Однако все равно получилось не очень хорошо. Дело в том, что в черносотенных организациях было много людей, которые придерживались такой идеологии: «мы за царя, но против чиновников». Это отметил даже В. И. Ленин, который русских националистов очень не любил. В статье «О черносотенстве» в сентябре 1913 г. он писал: «В нашем черносотенстве есть одна чрезвычайно оригинальная и чрезвычайно важная черта, на которую обращено недостаточно внимания. Это — темный мужицкий демократизм, самый грубый, но и самый глубокий». А руководство-то занимало куда более лояльную позицию. Так что среди «союзников» давно тлел конфликт.

В итоге, хотя съезд и не закончился скандалом и расколом, все равно образовалась оппозиция, которая провела 26 ноября в Нижнем Новгороде свой съезд. У них был такой план: дойти до императора и объяснить, что именно они настоящие патриоты… Фактически это был очередной раскол.

Политические организации раскалываются по-разному. Одна схема — как это случилось с большевиками и меньшевиками, а позже, с левыми и правыми эсерами, — когда сторонники разных течений в той или иной пропорции расходятся по новым структурам. Но бывает и по-иному. Когда после раскола большинство активистов говорит: «А пошли вы все…» — и исчезает в никуда.

С «союзниками» именно так и вышло. Ну надоела им эта грызня! От ультраправых организаций остался только фасад, за которым уже ничего и никого не было. Но тем не менее до самого конца, до Февраля, лидеры черносотенцев в многочисленных телеграммах и «адресах» уверяли Николая II, что народ за него, что все как один, что народ его в трудную минуту поддержит.

Итог? Никтоиз «союзников» императора не поддержал! Ни один человек! Страшная «черная сотня» оказалась бумажным тигром. Больше ее никто в истории не видел. Точнее, считается, что некоторое время после запрещения в марте 1917 года «союзники» находились в подполье, но никто не может сказать, что они там делали. Скорее всего — собирались и ругали власть.

В время Гражданской войны некоторые деятели в белом тылу издавали газеты «союзного» направления. Так ведь болтать — не мешки таскать. И уж тем более — не с винтовкой в бой идти. Все попытки создать монархические отряды, предпринимавшиеся, к примеру, при Колчаке генералом М. К. Дитерихсом, выглядели очень жалко. Хотя шума было много [16]”. (с)

Алексей Щербаков, “Гражданская война. Генеральная репетиция демократии”.

Сегодня в СМИ

Главный редактор

Группа




Свежие комментарии