Превращение людей в свиней неолиберальными режимами на постсоветском пространстве


Великая Русь, 30 мая 2016   –   mikle1.livejournal.com


Прибалтбюро рекомендует:

Если главным богатством страны являются – как об этом часто и пафосно заявляется –  (а в случае нашей страны, Литвы, небогатой полезными ископаемыми, именно так и есть), не следует ли признать, что главную угрозу национальной безопасности представляет собой социоэкономический уклад, пришедший на смену ушедшего с исторической арены социализма, и т. н. «элита», «оседлавшая» эту новую социоэкономическую реальность?

//litafor.ru/i/a/style01/016/874/16874.png

…. В начале 1990-х в Литве пришедший на смену старому новый режим, конечно, не был уникальным. Подобный социоэкономический – капиталистический в неолиберальной версии – уклад установился на всем постсоветском и постсоциалистическом пространстве. Уже в 1998 г. известный экономист Сергей Глазьев издал книгу с много говорящим названием «Геноцид», в которой подробно описываются разрушительность и антинародность неолиберальных «реформ» в России времен Бориса Ельцина. Вообразить появление подобной книги в Литве так же трудно, как и нетрудно понять, почему ее появление почти невозможно. Ведь неолиберальный режим в Литве (как и в Латвии и Эстонии) пришел на смену оккупационному коммунистическому режиму. Следовательно, неолиберализм – это свобода! А все, кто смеет сомневаться (по крайней мере, публично) в его безальтернативности – поклонники рабства, вредители и враги народа.

Во временном совпадении восстановления политической независимости и прихода неолиберализма политическая «элита» стран Балтии получила такой инструмент легитимизации своей власти, какого не получил никто другой на постсоветском и постсоциалистическом пространстве. Это временное совпадение в странах Балтии осознание того, что неолиберализм олицетворяет собой не свободу, а новую форму порабощения, сделало психологически более затруднительным, чем где-нибудь еще. А между тем именно факт жестокого неолиберального насилия («реформ») над народами стран Балтии и России мог бы стать тем объединяющим фактором, обоюдное осознание которого привело бы к исчезновению ситуации, в которой народы этих стран находятся по разные стороны фронта в возможно грядущей войне. Мог бы стать. Но глобальный неолиберальный уклад имеет своих хозяев, которые не заинтересованы в том, чтобы народы правильно идентифицировали своего врага «номер один». Не заинтересованы в этом и местные неолиберальные ”элиты”.

Пока неолиберальными «реформами» в ранг второстепенной страны отброшенная Россия исправно исполняла функцию поставщика энергоресурсов и беспомощно следила за тем, как проводники неолиберальной глобализации бомбили кого угодно и где угодно, главным «козлом отпущения» в Европе и объектом коллективной неолиберальной ненависти был «последний европейский диктатор», на большей части некогда существовавшего Великого княжества Литовского вознамерившийся построить капитализм  «с человеческим лицом» (Белорусь).

Ситуация в корне изменилась тогда, когда не без помощи (мягко говоря) тех же проводников неолиберальной глобализации разразился украинский кризис. Гражданин России может критиковать действия руководства своей страны в этом кризисе как «неадекватные» или не вполне адекватные, исходя по меньшей мере из двух основных позиций. Собрание представителей первой из них мы недавно имели возможность наблюдать в Вильнюсе. Называть этих людей «внесистемной оппозицией» означает в лучшем случае быть неточным, а в худшем – заблуждаться и вводить в заблуждение других, ибо эти люди не ставят под вопрос сам социоэкономический уклад современной России.

Эта либеральная оппозиция считает, что «неадекватность» реакции России заключается в том, что, имея «хороший» неолиберальный социоэкономический уклад, она повела себя «нехорошо» – против воли кормчих неолиберальной глобализации, и должна за это быть наказана. Иными словами, эти люди представляют собой агентов глобальной неолиберальной «системы», в которой из-за действий «хулигана» образовалась трещина, поэтому хулиган должен быть привлечен к ответственности и «поставлен на место», т. е. туда, куда укажет хозяин «системы». Это в прямом смысле и в высшей степени непатриотическая оппозиция, собрание которой вряд ли войдет в историю наподобие знаменитой переписки Ивана Грозного и бежавшего в Литву Андрея Курбского. Уже просто потому, что масштаб личностей не тот.

Патриотическая же оппозиция, напротив, полагает, что «неадекватность» реакции России заключается в том, что порочному («однополярному») неолиберальному миропорядку бросает вызов страна, социоэкономическая реальность которой пронизана вопиющей социальной несправедливостью, и призывает к отказу от антинародной и в конечном итоге губительной для страны неолиберальной социальной и экономической политики.

Понятно, что литовский политический истеблишмент и обслуживающий его персонал в средствах массовой информации и академических кругах, которые далеки от будней «простого человека», предпочитают дружбу и общение с той российской оппозицией, которая по ночам видит сны о славной ельцинской эпохе, когда можно было свободно «прихватизировать» еще недавно бывшую «народной» собственность, в спокойной геополитической обстановке из России гнать на Запад углеводороды, а из Литвы – человеческий «ресурс», и наблюдать за тем, как проводники неолиберальной глобализации бомбят кого угодно и где угодно.

«Учение экономического материализма можно свести к формуле: «человек есть свинья». Что человек в значительной мере действительно «есть свинья», и что в особенности современный человек (в социалистическом обществе – увы – не в меньшей, а в еще гораздо большей мере, чем в «капиталистическом») «стал свиньей» – это есть горькая правда; (…)», – так девяносто лет назад в своей работе «Основы марксизма» (1926) писал русский религиозный философ Семен Франк (1877–1950).

Если бы мыслитель стал свидетелем трансформации бывших социалистических обществ, триумфа культа потребления и поклонения Маммоне, он, скорее всего, тоже писал бы о «горькой правде» старых как человечество и новых – более утонченных – формах оскотинивания людей. Отец лжи (Ин. 8: 44) и враг рода человеческого никогда не упустит случая пустить по ложному следу тех, за кого умер Господь. В том числе и в вопросе идентификации главного врага в военной доктрине.

Андрюс МАРТИНКУС

Сегодня в СМИ

Главный редактор

Группа




Свежие комментарии


5ebb2185774a6d7b764d45795d2f92b1?s=35

Сергей Удалов Вчера 12:22

Да пусть идет.